Помощь в сложных,
кризисных ситуациях
+7 (903) 508-1945
Главная / Пси-блог / Интенсивность встреч в терапии

Интенсивность встреч в терапии

1 февраля 2021

В обсуждениях глубинного формата терапевтической помощи нередко можно увидеть множество манипуляций, домыслов, искажений, которые базируются на

  • понятной тревоге в области неизвестного у фантазирующих,
  • отсутствии собственного опыта (личного и профессионального),
  • или детских травмах обсуждающих,
  • и особенностях выбора отдельно взятого человека/ специалиста.

Хочу выразить своё видение и немного прояснить ключевые вопросы по этой теме для интересующихся.

Предполагается, что в клиент-терапевтических отношениях именно терапевт предлагает клиенту в ситуациях чрезмерной «затопленности» клиента чувствами или в ситуациях обнаружения в процессе работы потребности, которая не решается существующим форматом терапии возможность перехода на более интенсивный формат встреч, увеличивая количество еженедельных сессий.

Также предполагается, что терапевт знает по своему личному и профессиональному опыту (речь о таких специалистах) как и насколько благотворно работает феномен изменения дистанции, когда мы говорим о ранних детских травмах, их последствиях (саморазрушительное поведение, ситуации насилия физического и эмоционального в отношениях с другими, деструктивные союзы и созависимое поведение, различного рода и уровня аддикции).

Важно понимать, что сама по себе ситуация перехода — поле собственно терапии, как её начало и завершение, то есть один из этапов работы. Это — время, процесс и диалог между клиентом и терапевтом, предложение терапевта и выбор самого клиента. Никогда директива — «с этого дня вы должны ходить 4 раза в неделю».

В ходе долгосрочной терапии в работе с ранними травмами — особенно травмой преждевременной физической сепарации ребенка от материнской фигуры в возрасте около года и немного старше — возможны (и могут стать необходимы в какой-то момент в динамике терапии отдельных клиентов) несколько подобных переходов — от относительно поверхностной, ближе к консультативной, работы 1 раз в неделю — до интенсивного процесса встреч от 2-3 до 4 (5 в отдельных случаях) в неделю.

Клиент сам предложить или попросить себе эту возможность не может в силу понятных причин: специфика его травм и отсутствие подобного рода близости в жизненном опыте не могут дать ему знания об этой возможности, её важных и ценных последствиях для жизни человека.

И даже больше — отсутствие опыта глубинной и безопасной близости с Другим приводит человека на самом деле в терапию (каким бы ни был декларируемый себе и другим первоначальный запрос).

«Интенсивность встреч» — не про «скорость изменений» или «быстроту изменений». 

Ничего нет дальше реальности от этого поверхностного и примитивного понимания интенсивности терапевтического процесса, чем эти представления, термины.

Интенсивность в терапии — про глубину бытия, совместности с Другим, про формирование Самости рядом со значимым Другим.

Говоря про терапевтическую интенсивность встреч, мы будем также говорить:

  • о получении опыта стабильной, эмоциональной,  физической близости с Другим, который находится со мной рядом в пространстве «здесь-сейчас» и включен в то, что со мной и между нами происходит и это для меня — безопасно.

Подобного рода близость отсутствует по определению у погранично организованных людей, созависимых людей (преждевременно физически и эмоционально сепарированных от материнской фигуры), нарциссов, людей, переживших ситуации физического, сексуального насилия внутри семьи и вовне. Именно в поле  присутствия Другого  формируется (или искажается, деформируется, остаётся не обнаруженной)  Самость человека, границы его идентичности, создаются его связи с собой и миром Других.

  • о возможности встречи со своими глубинными потребностями и глубинными (ядерными) травмами, которые лежат за пределами рационально и сознательно декларируемых запросов, ситуационного дискомфорта, который, действительно, достаточно быстро и эффективно разрешается в краткосрочной работе по устранению симптомов.

Глубинные потребности — про иное. Они мешают внутреннему ощущению душевного благополучия. И даже в случае,  когда у нас, казалось бы, присутствует социально одобряемый «набор благополучия»: «семья, дети, машина, дача, деньги, работа» (или что-то из него).

«Хуже» или «лучше» предлагаемая степень  включенности в собственное бытие чего-то иного?» — так вопрос не стоит и стоять не может, если мы остаемся в профессиональном поле.

Важнее в месте выбора осознавать:

  • есть в терапии возможность получения нового опыта бытия на глубинном уровне с собой и Другим. Этот опыт возможно прожить, по-быть в нём.

Это один из эффективнейших способов, форматов помощи в исцелении ранних детских травм.

  • Этот опыт несет за собой качественно иное само- и мироощущение. Даёт со временем глубинное, базовое ощущение «я хороший, я любимый» и «в моем мире есть любовь».
  • У каждого есть выбор: на какой глубине и дистанции с собой и Другим быть. Или где остановиться.
  • В момент работы по устранению ситуационного дискомфорта на дальней, более безопасной дистанции с Другим — вы тоже в своём праве и тоже хорошие.

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

Новое в блоге

Электронная почта

Запись в группы
Новое в блоге
Новые статьи
Темы блога
Рубрики сайта