Желание прячется за плотным графиком, как ребенок за шторой: думает, что если сам не видит Другого, то и Другой не видит его.
Сверх-Я подгоняет: «Сдашь еще один проект — и станет легче».
Но каждый новый дедлайн лишь усиливает шорох Реального: мы отталкиваем его, но оно никуда не девается.
Мы хронически напряжены или в нас взрывается болезнями глухое раздражение.
Рабочий стол превращается в сцену: мы одновременно актер и суфлер, забывая, что зрители — это всего лишь наши собственные тени.
Вопрос
чье на самом деле наслаждение обслуживает эта бесконечная занятость?